Архив газеты
"Вестник МГНОТ"


Международное общество фармакоэкономических исследований (ISPOR)

Управление качеством медицинской помощи

Главный спонсор
Высшей Школы Терапии МГНОТ
Дмитрий Казённов
Имя русскоподданного мануального терапевта Феликса Керстена вряд ли известно большинству наших соотечественников. Между тем, этому незаурядному человеку обязаны жизнью десятки тысяч узников нацистских концлагерей: Керстен спас их, благодаря влиянию… на Генриха Гиммлера – второго человека в иерархии гитлеровской Германии. Пять лет личный массажист рейхсфюрера ходил по краю пропасти.

Феликс Керстен родился в 1898 г. в Российской империи, в городе Юрьев (ныне – Тарту, Эстония). Его отец работал директором почтамта, а мать была известной целительницей - от неё смышлёный мальчуган унаследовал любовь к медицине. Однако отец решил, что одного врачевателя в семье достаточно и определил юного Феликса в сельскохозяйственный институт.

Путь к славе

Революционные потрясения круто изменили судьбу Керстена. В декабре 1917 г. в Финляндии, кипевшей национализмом с марта и отделившейся от России, вспыхнула война между местными красными и белыми. Молодой агроном примкнул к противникам большевиков и несколько месяцев воевал против них в составе финской армии. После победы белых Феликс получил за боевые заслуги гражданство Финляндии и… тяжёлую горячку, от которой лечился в военном госпитале в Хельсинки. Именно там после выздоровления в нём проявился унаследованный от матери талант целителя. С подачи полкового врача Феликс стал учиться на массажиста.
В 1922 г. молодым мануальным терапевтом заинтересовался некий доктор Ко – уроженец далёкого Тибета. Понаблюдав за массажем Керстена, старый мастер сказал ему: «Мальчик мой, ты не знаешь ровно ничего. Но ты - тот человек, которому я могу передать свои знания. Я научу тебя всему». Обучение технике массажа, оккультным наукам и медитации длилось три года, всё это время Ко и Керстен вместе принимали пациентов – людей богатых и весьма щедрых. А затем настал день, когда гуру пригласил своего подопечного на чашку ароматного чая и сообщил: «Теперь ты знаешь всё. Больше мне нечему тебя учить. Прощай». Доктор Ко уехал в Тибет, а Керстен продолжил совершенствовать своё мастерство.
Очень скоро природный талант, огранённый, подобно алмазу, сакральными знаниями тибетского доктора, сделали Керстена одним из самых известных врачей Европы. Всего несколькими прикосновениями он умел снимать боль, непостижимым образом восстанавливая силы пациента. О чудесных способностях целителя ходили легенды, к его услугам обращались знаменитые актёры, финансовые тузы, влиятельные политики.
В 1928 г. Керстена пригласила голландская королева Вильгельмина. Её супруг, принц Хендрик Нидерландский, страдал тяжёлой болезнью сердца и, несмотря на усилия врачей, медленно угасал. Уже после нескольких сеансов массажа «чудо-доктора» монарх почувствовал себя лучше, позабыв о боли и сильном сердцебиении. Королева щедро наградила Керстена. К слову, Феликс любил роскошь, он был богатым человеком и ни в чём себе не отказывал.

«Рейхсфюрер был довольно прижимист»

Весной 1939 г. один из высокопоставленных чинов нацистской Германии, лечившийся у Керстена, порекомендовал его Генриху Гиммлеру: рейхсфюрер страдал от сильных болей в желудке, иногда даже терял сознание. Врачи помочь не могли и пичкали пациента обезболивающими лекарствами до тех пор, пока они не перестали действовать. Керстену хватило нескольких сеансов массажа, чтобы боль отступила.
«Приступы могли длиться несколько дней, – писал врач в мемуарах. – Гиммлер опасался, что эти колики связаны с какой-то опасной и неизлечимой болезнью, он ужасно боялся рака. Когда Гиммлер обратился ко мне за помощью, он только что перенес отравление рыбой и крайне медленно выздоравливал. За две недели я избавил его от колик».
Окрылённый рейхсфюрер упрашивал Керстена стать его личным врачом, но тот, не питая симпатии к нацистскому режиму, всячески уклонялся, ссылаясь на занятость. Впрочем, от лечения столь важной персоны он не отказывался, временами наведываясь в Берлин. Керстен вспоминал: «Рейхсфюрер был довольно прижимист: экономил на всем, презирал роскошь и заявлял, что его величайшее желание – умереть бедным». Этого желания сибарит Керстен решительно не понимал.

Лечи или умри

В мае 1940 г. немецкие войска оккупировали Голландию, покровительница Керстена королева Вильгельмина бежала в Англию. Массажист остался не у дел, и Гиммлер вновь повторил свое предложение. На сей раз просьба прозвучала как приказ. Отступать было некуда: лечи или умрёшь в концлагере. Керстен переехал в Берлин и вскоре, по словам Гиммлера, стал для нациста «кудесником Буддой, умеющим вылечить, что угодно при помощи одного лишь массажа».
В мемуарах Керстен рассказывал: рейхсфюрер так к нему привык, что иногда вызывал, чтобы просто «поговорить за жизнь». При этом Феликс позволял себе такие вольности, за которые другие могли оказаться в концлагере: «Однажды мне представился случай заметить Гиммлеру, что я никогда не понимал антисемитизма, ведь евреи оказали большое влияние почти на все сферы жизни. У каждого народа есть представители, которыми нельзя гордиться, но обобщения здесь неуместны. С той же легкостью можно заявить, что все немцы – педанты, фанатики и империалисты лишь потому, что так можно описать некоторых из них». По словам Керстена, «я чувствовал, что дал ему пищу для размышлений».
Однако, «пища» рейхсфюреру явно не пришлась по вкусу: истребление евреев на оккупированных территориях продолжалось. Кроме того, осенью 1941 г. Гиммлер разработал ещё один масштабный проект: массовое переселение голландцев на территорию восточной Польши. «Освободившиеся» земли должны были занять немецкие колонисты. Керстен, много лет живший в Голландии и любивший эту страну, убедил нацистского бонзу повременить с реализацией этого плана: «Ваше здоровье ещё слишком слабо для того, чтобы Вы позволяли себе подобные нагрузки. Это будет самой большой ошибкой Вашей жизни».
Гиммлер настолько доверял своему «Будде», что дал ему прочитать совершенно секретный отчёт о состоянии здоровья Гитлера: «Гиммлер спросил, смогу ли я помочь фюреру, и достал из своего сейфа рукопись в черной папке. В отчете сообщалось, что Гитлер на войне стал жертвой отравляющего газа, и ему грозила слепота. Кроме того, некоторые симптомы определённо указывали на сифилис. В начале 1942 г. появились симптомы прогрессирующего паралича. Увы, помочь ему было не в моей компетенции».

Массажист «давит» на Гиммлера

Керстен помогал многим, ходатайствуя перед Гиммлером и за своих друзей, попавших в жернова карательной машины нацистов, и за людей, ему не знакомых. Сложнее всего было заступаться за евреев, но и здесь целителю удавалось добиваться своего: страдающий от болей Гиммлер соглашался расплачиваться с врачом жизнями приговорённых. «Керстен массажем выжимает из меня по одной жизни», – пошучивал рейхсфюрер.
Это была смертельно опасная игра. Гиммлер души не чаял в своём «Будде», но его приближённые ненавидели выскочку-врача, манипулирующего их шефом. Заместитель рейхсфюрера Кальтенбруннер задумал убить Керстена, но друзья предупредили его о покушении. Взбешенный Гиммлер вызвал своего зама на ковёр, устроил ему разнос и предупредил: если с массажистом что-то случится – «что-то» произойдёт и с самим Кальтенбруннером. Лишь тогда Керстен оставили в покое.
В 1943 г. врач добился у Гиммлера разрешения на выезд в нейтральную Швецию. Здесь он получил аудиенции у влиятельных политиков и заручился их поддержкой в деле освобождения узников концлагерей. Вернувшись в Берлин, Керстен продолжал спасать заключённых: рейхсфюрер соглашался на всё, лишь бы избавиться от невыносимой боли.
Недолгая история «тысячелетнего рейха» подходила к концу, советская армия и её союзники наносили Германии одно поражение за другим. В 1944 г. Гитлер отдал приказ: перед отступлением немецких войск уничтожать концлагеря вместе с узниками. Шведы попросили массажиста «надавить» на Гиммлера. Он выполнил смертельно опасное поручение, уговорив рейхсфюрера отпустить датских и норвежских военнопленных: «Я спросил Гиммлера, можно ли собрать всех скандинавских пленных в одном лагере, чтобы потом переправить их в Швецию, и он, пусть с неохотой, но согласился. Он разрешил тайно доставить в Германию полторы сотни автобусов, а также прибавил в качестве личного подарка 3500 женщин из других стран Европы и 2700 евреев, которых следовало переправить в Швейцарию».
Дело было, разумеется, не в «милосердии» Гиммлера. Палач понимал: война подходит к концу, следует думать о спасении собственной шкуры, а для этого все средства хороши. После долгих колебаний Гиммлер сделал то, о чём ещё недавно и помыслить не мог: в апреле 1945 г. по инициативе Керстена тайно встретился с членом совета Всемирного еврейского конгресса Норбертом Мазуром.
«Шведское правительство настаивало на освобождении как можно большего числа евреев, а партийное руководство требовало, чтобы Гиммлер выполнял приказ фюрера, - вспоминал Керстен. - Он был в смятении. Я попросил рейхсфюрера быть по отношению к Мазуру великодушным, чтобы показать миру, что в рейхе на вооружение взяты гуманные меры. Он пообещал мне сделать все возможное, и высказал желание зарыть топор войны между немцами и евреями». Беседа с Мазуром длилась несколько часов, в итоге Гиммлер одобрил освобождение из концлагерей свыше 15 тыс. человек.

Подозрения и признание

По окончании войны нацистские преступники получили по заслугам: одни закончили жизнь в петле, другие – за решёткой. Гиммлер пытался бежать из поверженного Берлина, был пойман и принял яд. А что же Керстен? Шведское правительство обвинило его… в сотрудничестве с нацистами. Ну как же, самого Гиммлера массировал! А евреев врач спасал потому, что ему якобы платили за «услуги».
Оскорблённый Керстен обратился за помощью к своей давней знакомой – голландской королеве Вильгельмине. Она заявила королю Швеции: «Если вы обвиняете его в преступлении - вы обвиняете и меня». «Дело Керстена» разбирала специальная комиссия, которая полностью его реабилитировала. Вильгельмина вручила врачу высшую награду своей страны, а сконфуженные шведы дали гражданство. В 1956 г. Керстен стал номинантом Нобелевской премии мира, однако так её и не получил.
После реабилитации врач отошёл от дел: после стольких бурных лет он нуждался в покое. В апреле 1960 г. Феликс Керстен скончался от сердечного приступа. Почти тридцать лет имя его оставалось в забвении, вспомнили о нём лишь в конце 1990-х гг., к столетию со дня рождения. Люди, подобные Керстену, заслуживают памяти потомков.

Дмитрий Казённов
Опубликовано в «Вестнике Московского Городского Научного Общества Терапевтов» № 6 (188), июнь 2018 г.
   

Коментарии:
К данной статье нет ни одного коментария

Авторизируйтесь, чтобы оставлять свои коментарии